Литературный журнал геосимволистов "Мой берег". Библиотека "Символика"

Впечатление пошлости усиливается, когда начинается награждение за успехи в сельском хозяйстве. Теперь уже лживые фразы Родольфа, чьи намерения низменны, перебиваются перечислением таких низменных материй, как деньги, породистые свиньи, бараны-мериносы и прочее.

“Сто раз я хотел удалиться, а между тем я последовал за вами, я остался…

«За удобрение навозом…»

…как останусь и сегодня, и завтра, и во все остальные дни, и на всю жизнь!

«Господину Карону из Аргейля — золотая медаль!»”

Принцип объективности романного повествования был заимствован у Флобера натуралистами. Сам писатель не любил “школы господина Золя”, хотя и был с самим Золя в дружеских отношениях. О своих расхождениях с натуралистами он говорил так: “Я превыше всего ставлю красоту, тогда как моих собратьев она заботит весьма умеренно”. Однако именно Флобер, в отличие от Бальзака и Стендаля, начинает мотивировать эмоции своих героев физиологическими состояниями.

Одной из первых натуралистических сцен в истории французской литературы стала сцена смерти госпожи Бовари. Эмма умирает от мышьяка, похищенного у аптекаря. Агония описана им предельно точно, со всеми клиническими подробностями: “И тотчас грудь её задышала необычайно часто. Язык весь высунулся изо рта; глаза закатились и потускнели, как абажуры на гаснущих лампах…” До Флобера так описать смерть романной героини, красивой, молодой, блистательной женщины, было невозможно.

Роман «Госпожа Бовари» вызвал взрыв негодования среди порядочных буржуа. Автор и его издатель были привлечены к суду за “оскорбление общественной морали, религии и добрых нравов”. Однако Флоберу удалось выиграть процесс.

История Эммы Бовари вставлена, словно в рамку, в историю жизни её мужа Шарля. Роман начинается появлением его неуклюжей фигуры в нелепой каскетке на пороге школы и завершается смертью Шарля, который не может пережить потерю жены. Флобер изображает его туповатым и покладистым. Эмма очень скоро начинает смотреть на своего супруга с отвращением. Ему недостает изящества манер, он не умеет “ни плавать, ни фехтовать, ни стрелять из пистолета”, не знает терминов верховой езды, не носит ни бархатного фрака с длинными фалдами, ни остроконечной шляпы, ни кружевных манжет. Даже сама любовь к ней Шарля кажется Эмме не стоящей внимания. Между тем именно этого героя Флобер наделяет способностью к глубокой, всепоглощающей любви. Эмму раздражает, что Шарль прощает её легкомыслие в денежных делах. Героине кажется, что мужу не достаёт характера. Но дело не только в этом. Шарль прощает её и тогда, когда уже после её смерти находит любовные письма Леона и Родольфа. Его любовь столь велика, что он принимает и такую память об Эмме, поднимаясь над ревностью и любыми эгоистическими устремлениями. Он умирает в той самой беседке, где встречались Родольф и Эмма, “задыхаясь в смутном приливе любви, переполнявшей его измученное сердце”.

В образе Шарля Бовари Флобер изображает “простую душу”, не развитую эстетически и интеллектуально, но способную к самой чистой любви. Эту тему он разворачивает двадцатью годами позже в повести «Простая душа» (1876).

Героиня повести служанка Фелиситэ всю свою жизнь посвятила тем, кого любила. В юности её любовь предаёт жених, который женится на богатой старухе, чтобы избежать солдатчины. Затем Фелиситэ привязывается к детям своей новой хозяйки госпожи Обен. Но Поль покидает дом, а Виржиния совсем юной умирает в монастыре. Та же печальная участь постигает и любимого племянника Фелиситэ Виктора.

Вся сила чувств, таящихся в героине, обращается на подаренного хозяйке попугая Лулу, который становится собственностью служанки. Она учит птицу говорить, вылечивает от болезни, ищет его повсюду, с риском для жизни осматривая крыши, когда попугай улетает. После смерти попугая уже постаревшая Фелиситэ заказывает из него чучело и продолжает относиться к нему как к живому.