|
Страница 3 из 3
Отметим, что в фольклоре коми металл является устойчивым атрибутом образов обитателей иного мира (металлическая одежда, стоячие медные глаза, железные детские люльки и игрушки т.д.)- Как правило, для усопшего изготовляется специальный пу перни (деревянный нательный крест), гайтан от которого не завязывается, а лишь накладывается концами вокруг шеи погребаемого (так же не завязывается, а укладывается вдоль тела покойного нательный пояс). Если по какой-то причине не удаётся поместить пу перна в гроб во время похорон, то впоследствии такой крестик хранят в красном углу дома как память об умершем. У коми считается, что в красном углу нельзя хранить нательные кресты живых людей У печорских коми покойницкий нательный крест изготовляют из сердцевины черёмухи (льом пу) или осины (пи пу), обладающих тёмно-коричневым или красноватым оттенком. Так, например, в д.Лемты на р.Печора изготовлением нательных крестов с помощью специальных металлических печаток занимался до середины 1980-х годов Николай Григорьевич Мартюшев. В поверьях коми образ черёмухи включается в символический ряд лиственных деревьев, которые наделяются преимущественно негативными характеристиками, что го многом обусловлено естественными свойствами их древесины, непригодной, как традиционно считается, для жилых построек из-за хрупкости и лёгкой подверженности гниению без определённой обработки. Символическая оценка этих природных качеств наглядно представлена в одном из коми названий черёмухи — куль льбм пу - буквально «нечистое, принадлежащее чёрту, дерево». Отметим, что в традиционной обрядности коми черёмуха выступает погребальным деревом. У детских коми под черёмухой, растущей на территории усадьбы, проводят поминки по всем усопшим пожилые люди, которые уже не могут посещать кладбище и церковь. У печорских и ижемских коми черёмуху сажали на могилы некрещёных младенцев, которых, как правило, хоронили не на кладбище, а рядом с домом. Об осине у печорских коми старообрядцев говорят: это некрещёное дерево, потому что всё время шевелится (17). Негативное отношение к осине мотивируется и коми фольклорными текстами апокрифического характера: «Когда Господь ехал в Иерусалим, он проезжал мимо одинокой осины. Шелест листьев осины испугал осла, на котором сидел Господь. Осёл отскочил в сторону, и Господь упал. Встав, Господь проклял осину: "Во всякое время да будут шелестеть листья твои — не будет покоя для них! " Вот с тех пор хоть тихо, хоть ветрено — всё время шелестят листья осины» (18). В народных преданиях коми осина связывается и с именем Иуды: «Иуда, который предал брата своего, скрылся в лесу, чтобы удавиться. На многих деревьях пробовал удавиться Иуда, но все они не выдерживали - ломались. И только осина не согнулась и не сломалась. А Господь намеревался простить Иуду. Вот потому и проклял Господь это дерево — за то, что дало возможность Иуде умертвить себя» (19). Соотнесение образа осины с концептом движения в нижний мир угадывается в традиции печорских коми повязывать погребальные полотенца на ствол осины, растущей на территории кладбища, а также в традиции удорских коми оставлять по завету одежду больного человека на стволе осины, растущей у священного озера Келляты (20). Подчёркивая нечистую природу осины, у керчемских коми говорят: колдовских кукол обычно делают из осины, а добрых из берёзы и сосны (21). Отношение к осине как к нечистому, поганому дереву, древесина которого традиционно считается малопригодной для жилых построек из-за мягкости и лёгкой подверженности гниению, характерно для многих народов европейского северо-востока (22). У вычегодских коми старообрядцев при изготовлении деревянного нательного креста отдают предпочтение можжевельнику (туся пу). В с.Керчемья вплоть до конца 1970-х годов такие нательные кресты изготовлял Иван Кузьмич Самарин (1898—1979). Считается, что можжевеловый крест, подобно можжевельнику, является надёжным оберегом от болезней и порчи для любого человека. При этом обращается внимание на устойчивый специфический аромат. исходящий от такого креста (23). По данным В.П.Налимова, можжевельник применялся у коми для предотвращения прихода болезни в дом, а также для изгнания её из дома и тела больного человека; можжевельником окуривали предметы для снятия с них порчи (24). В фольклоре коми одним из волшебных атрибутов Перы-богатыря выступает лук, сделанный из ствола .можжевельника (25). В молитвенных ритуалах и погребально-поминальной обрядности коми хвоя и смола можжевельника используются наряду с ладаном. У летских коми зафиксирована традиция использования разветвлённого ствола можжевельника в качестве вертикального «живого» остова для намогильного креста. Восприятие можжевельника как священного растения и оберега от нечистой силы, вероятно, во многом основано на реальных бактерицидных и бальзамических свойствах этого дереве., хорошо известных у многих народов. До настоящего времени плоды и хвоя можжевельника широко используются в быту у коми для стерилизации деревянной молочной посуды, в качестве компонента при консервации продуктов, а также для удаления неприятных органических запахов из жилого помещения. Так же как и на Русском Севере и у вепсов Заонежья, у коми можжевеловое дерево нередко называют «верес» или «вереск».
По свидетельствам информантов, в прошлом нательные кресты для повседневной практики у вычегодских коми делали из берёзы, в случае, если не было возможности приобрести металлический. При этом берёзовый крестик шлифовался до такой степени, что на свету отливал серебристым металлическим цветом (26). По данным фольклориста О.И.Уляшева, у вычегодских коми считается, что можно точно определить, из какой породы дерева нужно делать крест для того или иного человека. О правильности выбора судят по направлению перемещения деревянного крестика, укреплённого на запястье с помощью повязки. Отмеченный ритуал, вероятно, связан с представлениями о том. что у каждого человека есть ас пу — своё дерево (27).
Рассмотренный выше материал позволяет предположить, что посредством выбора определённой породы дерева могло подчёркиваться функциональное назначение деревянных крестов и резных икон, которые выступают оберегом живого человека либо маркёром сопричастности иному миру.
Шарапов В.Э.
|