Бальмонт Константин Дмитриевич Тишина |
|
Страница 19 из 23 70. Что слышно в горах? "Что ты слышишь в горах?" ты спросила меня. "Что ты слышишь в горах?" я спросил. "Расскажи мне сначала." "Пробужденье веселого летнего дня", Ты с улыбкою мне отвечала. "Мелодичное пенье альпийских рожков, И блеянье овец, и мычанье быков, И журчанье ключей искрометных, Над вершиной бесшумный полет облаков, Пенье птиц, крики птиц перелетных... Ну, а ты?" И, задумавшись, я отвечал: -- "Нет, мне слышен не шепот, а ропот, Ропот черной грозы, и раскатный обвал, Точно демонов яростный топот, Заблудившихся путников горестный крик, Монотонно-гремящее эхо, Человеческих воплей ответный двойник, Звук чьего-то злорадного смеха. И еще, что слышнее всех бурь и громов, Что страшнее, чем звон долголетних оков И тяжелые муки изгнанья: -- Это -- сон вековых непробудных снегов, Это -- Смерти молчанье..." 71. Морская пена Как пена морская, на миг возникая, Погибнет, сверкая, растает дождем,-- Мы, дети мгновенья, живем для стремленья, И в море забвенья могилу найдем. Зачем ежечасно, волнуясь напрасно, Стремимся мы страстно к обманной мечте? Зачем мы рыдаем, скользим и блистаем, И вновь пропадаем в немой пустоте? О, жизни волненье! Блаженство, мученье! Печаль и сомненье! Как жалко мне вас! Бежать бы мне вечно, дышать бесконечно, Светиться беспечно в полуденный час! 72. В лабиринте Проходя по лабиринту Позабыв о блеске Солнца, в свете призрачных огней, Проходя по лабиринту бесконечных ступеней, С каждым шагом холодею, с каждым днем темнее грусть, Все, что было, все, что будет, знаю, знаю наизусть. Было много... Сны, надежды, свежесть чувства, чистота, А теперь душа измята, извращенна, и пуста. Я устал. Весна поблекла. С Небом порван мой завет. Тридцать лет моих я прожил. Больше молодости нет. Я в бесцельности блуждаю, в беспредельности грущу, И, утратив счет ошибкам, больше Бога не ищу. Я хотел от сердца к Небу перебросить светлый мост,-- Сердце прокляло созвездья, сердце хочет лучших звезд. Что же мне еще осталось? С каждым шагом холодеть? И на все, что просит счастья, с безучастием глядеть? О, последняя надежда, свет измученной души, Смерть, услада всех страданий, Смерть, я жду тебя, спеши! Она придет Она придет ко мне безмолвная, Она придет ко мне бесстрастная, Непостижимой неги полная,-- Успокоительно-прекрасная. Она придет как сон таинственный, Как звук родной во мгле изгнания, И сладок будет миг единственный На грани мрака и сознания. Я буду тихим, буду радостным, Изведав счастье примирения, Я буду полон чувством сладостным, Неизъяснимостью забвения. Безгласно буду я беседовать С моей душою улетающей, Безгласно буду проповедовать О силе жизни созидающей,-- О силе Правды, не скудеющей За невозбранными пределами, И над умершим тихо веющей В последний раз крылами белыми. |
|
|