Анализ стихотворения Лермонтова |
Страница 13 из 13 В чём своеобразие любовной темы в лирике Лермонтова? Вновь мы имеем дело с темой, обладающей для Лермонтова особой значимостью. Большинство лирических произведений Лермонтова — о любви: слова этого корня (как указано в «Лермонтовской энциклопедии») имеют очень высокую частотность употребления. Поэтому особое внимание при работе над этой темой нужно обратить именно на “своеобразие” любовной темы. Прежде всего, хотелось бы порекомендовать образец разбора стихотворения «Расстались мы; но твой портрет…» из книги Ю.М. Лотмана «Анализ поэтического текста» (Л., 1972. С. 169–180). Безусловно, в ранней лирике особенности подхода к данной теме будут во многом определяться романтической традицией: безответность, обман, измена той, которая — единственная в мире — могла бы понять лирического героя, — всё это устойчивые мотивы любовной лирики. Измена возлюбленной, разрыв с ней тем не менее не уничтожают чувства лирического героя, напротив — делают его ещё глубже, непобедимей в его душе: “Я не могу любовь определить, // Но это страсть сильнейшая! — любить. // Необходимо мне, и я любил // Всем напряжением душевных сил. // И отучить не мог меня обман; // Пустое сердце ныло без страстей, // И в глубине моих сердечных ран // Жила любовь, богиня юных дней…” («1831-го июня 11 дня»). Пережитые страдания (а без них герой не мыслит любви) становятся воспоминанием, имеющим “неограниченную власть” над душой. Сердце, “испытавшее муки”, становится хладным и бесчувственным по отношению к чужим эмоциям, былые страдания не дают возможности и его собственной душе вновь отдаться любви. В тех редких случаях, когда речь идёт о взаимном чувстве, оно показано либо как безнадёжно потерянное прошлое, либо видится в ореоле трагического пророчества. Несбыточность любви связана для лирического героя и с его собственным внутренним миром (“Мне любить до могилы Творцом суждено, // И по воле того же Творца // Всё, что любит меня, то погибнуть должно // Иль, как я же, страдать до конца”). В рассуждении о любви Лермонтов верен себе. “Я вас любил так искренне, так нежно, как дай вам Бог любимой быть другим” — невозможная для него фраза. Лишь раз в его ранней лирике возникает подобная мысль («К***» — «О, не скрывай! Ты плакала о нём», 1831). Гораздо чаще расплата возлюбленной за неоценённое чувство — раскаяние в будущем («К Н.И….» — «Я недостоин, может быть…”, 1831). Измена женщины видится как перст судьбы («Не ты, но судьба виновата была…», 1831; «Всевышний произнёс свой приговор», 1831), она — проявление всеобщего обмана — отличительной черты мира вообще («Стансы», 1831). Центральной частью сочинения на эту тему может быть разбор стихотворения «Я не унижусь пред тобою…» (предложенного в списке тем для восприятия, истолкования, оценки). Комментируя это стихотворение, важно обратить внимание на особенности синтаксиса — отрывистость, категоричность фраз. Эта категоричность отражена и в лексике: свобода — раб, ненависть к целому миру — любовь к одной женщине, была — стала, смеяться — плакать, обманывать — любить. Высокая цена любви (ей пожертвовано вдохновение, обеспечивающее бессмертие; лирический герой готов “целый мир на битву звать” за одно пожатие руки; он отдаёт возлюбленной “всю душу”) становится фактором, противопоставляющим лирического героя миру и бывшей возлюбленной. Важнейшие мотивы, на которые следует обратить внимание: внутренней свободы; быстротечности любви; рыцарского служения и обесценивания его изменой; романтической гордости — внутренней силы в борьбе с самим собой; неизбежности воспоминания (“слишком знаем мы друг друга, чтобы друг друга позабыть” — формула, не раз возникающая в лермонтовской лирике); стремления забыться, уйти от душевной боли путём “наслаждений” и обмана — воплощённого скорее в прозаических, чем в лирических произведениях Лермонтова. Показательна и тема “ангельской”, возвышенной, идеальной любви, которую ожидал и не нашёл герой этого стихотворения. Максимализм Лермонтова в освещении темы любви приводит к мысли об абсолютной верности, верности за гробом, которая воплощается в стихотворениях с балладным сюжетом («Гость» и другие), в поздней лирике становится ещё одним подтверждением невозможности взаимного чувства: мешает или измена, или смерть («Любовь мертвеца»). Любовная тема в поэзии Лермонтова нередко приобретает философскую окраску: это не столько описание переживаемого чувства, сколько рассуждение о любви. Неслучайно поэтому появление этой темы в стихах, ставящих важнейшие философские вопросы. Любовь эта всегда трагична, несчастна (как и у романтиков вообще), но в поздней лирике наряду с несбыточностью счастливой любви в настоящем («Мне грустно потому, что я тебя люблю...») и будущем («Они любили друг друга так долго и нежно...»), всё чаще возникает мотив воспоминания о любви — любви в прошлом, которая до сих пор непобедима в душе лирического героя («Нет, не тебя так пылко я люблю...», «Завещание», «Валерик»). Губительность любви, её изначальная неспособность к счастью соединения с “предметом страсти” своеобразно освещается в «Сне», «Морской царевне», «Дарах Терека», «Тамаре». Показателен и образ идеальной мечты, воплощающей любовь, в стихотворениях «Как часто, пёстрою толпою окружён...», «Из-под таинственной, холодной полумаски...», «Морская царевна». Безусловно, тема любви имеет прямое отношение биографии Лермонтова, и в комментарии к стихотворениям могут появляться имена и фамилии реальных возлюбленных поэта, но не стоит увлекаться: в этом вопросе М.Ю. Лермонтов и его лирический герой далеко не всегда близки. |
|||||||||||||||
| « Пред. | След. » |
|---|
|
|