Анализ стихотворений Блока о Прекрасной Даме |
Страница 6 из 6 В стихотворении : « Ей было пятнадцать лет » в простых и немногих словах поэт рассказывает « повесть » своей любви : первая детская встреча, объяснение на балу, свидания в церкви. И редкие беседы, и долгие разлуки, и годы молчанья – имело тайный смысл : « то, что свершилось – свершилось в вышине ». И поэт заканчивает : Этой повестью долгих, блаженных исканий Полна моя душная , песенная грудь. Из этих песен создал я зданье, А другие песни – спою когда – нибудь. Стихи этого времени, обращённые к Невесте, поражают своей детской чистотой и исступлённым целомудрием. Земная влюблённость, страстность – никогда не врываются в молитвенное созерцание Возлюбленной. В тетрадях Блока хранилась стихотворение : « Очарованный вечер мой долог «». В есть строфа : Чьи – то очи недвижно и длинно На меня сквозь деревья глядят. Всё, что в сердце, - по – детски невинно И не требует страстных наград. А между тем страстность была – об этом свидетельствует « Дневник ». « Детская невинность » достигалась в борениях, в победе духа над плотью. Одно из стихотворений 1903 года поэт не включил в отдел « Распутья » - оно появилось только в 1920 году в сборнике « За гранью прошлых дней ». Оно бросает неожиданный свет в глубины его « платонического » поколения. Вот несколько из него : Глухая полночь медленный кладёт покров , Зима ревущим снегом гасит фонари. Один я жду, я жду, я жду, тебя, тебя. У чёрных стен твой профиль, стан и смех. И я живу, живу, живу – сомненьем о тебе. Приди, приди, приди – душа истомлена. Один я жду, я жду, тебя, тебя – одну. Стихотворения конца 1902 года и 1903 года, посвящённые невесте и позже – молодой жене, торжественный эпилог к циклу « Стихов о Прекрасной Даме ». Вот почему, издавая 1911 году первый том собрания своих стихотворений, автор поместил их непосредственно за этим циклом, объединив в отделе, озаглавленном « Распутья ». Если эпиграфом к « Стихам о Прекрасной Даме » можно взять строчку « Предчувствуя Тебя. Года проходят мимо…» , то к отделу « Распутья » подходит строка « И вот – Она, и к Ней – моя Осанна ». Но в « Распутьях » , наряду со стихами к невесте, символическими в самом высоком смысле, есть и другие, на которых лежит печать манёрного декаднтства. Они связанны с тьмой « двойников, которая врывалась тревожным шёпотом в мелодию « Стихов о Прекрасной Даме ». В « Распутьях » тема эта развивается в коротких лирических повестях, тёмно – аллегорических и нарочито – туманных. Они напоминат записи бреда, начных кошмаров. Их аллогическое построение и бессвязные образы овеяны жутью. А. Белый сказал бы, что в них таятся « ужасики «». Вот по городу бегает чёрный человек, гасит фонарики, карабкаясь на лестницу, и потом плачет на заре ; вот какие – то люди кричат и визжат у круглых столов ; вдруг кто – то входит и говорит « Вот моя невеста ». И тогда тот, кто « качался и хохотал » , прижимается к столу и плачет. Вот старуха гадает у входа – и вдруг пожар охватывает дом : На брошенном месте гаданий Кто – то встал и развеял флаг. Вот – двойники в костюме Арлекина тащатся по базару : один – юноша, другой – старик, но они « сплелись, обнялись » - и Коломбина из своего голубого окна никогда не узнаёт возлюбленного. В этих « декадантских » стихах звучат первые ноты той романтической иронии, которой заболел Блок в эпоху создания « Балаганчика ». В конце 1903 года в блоковской лирике появляются новые поэтические формы. В пути « Стихов о Прекрасной Даме » были пройдены до конца. Поэт почувствовал себя на « Распутьи » ; пытался разомкнуть магический круг своей юношеской поэзии. Увлечённый книгой Брюсова « Urbi et Orbi » , он подражает его образам и ритмам. В стихах его возникает новая тема : город, фабрика, рабочие, городская беднота, цыгане, балаган. |
||||||||
| « Пред. | След. » |
|---|
|
|